Законопроект П/3572/25: Законопроект о внесении изменений в процессуальные правила (допрос свидетелей) (изменение - дача показаний без присутствия обвиняемого по делу о вымогательстве), 5783-2023

Позиция Государственной адвокатуры по Законопроекту о поправке к Закону о порядке судопроизводства (допрос свидетелей) (Поправка — дача показаний в отсутствие обвиняемого по делу о вымогательстве), 5783–2023

18 швата 5785 года 16 февраля 2025 г.

Уважаемый депутат Кнессета Симха Ротман, Председатель Комитета по Конституции, Закону и Правосудию

---

Предмет: Позиция Государственной адвокатуры по Законопроекту о поправке к Закону о порядке судопроизводства (допрос свидетелей) (Поправка — дача показаний в отсутствие обвиняемого по делу о вымогательстве), 5783–2023

Государственная адвокатура выступает против данного Законопроекта и призывает Комитет воздержаться от его дальнейшего продвижения.

Прежде всего, необходимо напомнить, что новый состав преступления — взимание «денег за крышевание» (платы за охрану) — был принят в законодательство лишь недавно (около полутора лет назад) и является Временным положением на 5 лет. Речь идёт о составе, не имеющем прецедента с точки зрения своих элементов; как отмечала Государственная адвокатура в ходе законодательных слушаний, он характеризуется значительной расплывчатостью, широкой формулировкой и несёт в себе потенциал для избыточной криминализации и избирательного правоприменения (включая в отношении нормативных лиц и поставщиков услуг). В дополнение к составу были установлены минимальные наказания и далеко идущие конфискационные механизмы.

Более того, до настоящего времени не проводилась углублённая — или хотя бы первичная — оценка применения Временного положения. По состоянию на дату составления настоящего документа и по нашим данным, лишь сейчас поступил первый годовой отчёт Министерства национальной безопасности, которое было обязано передать его в Комитет по Конституции, Закону и Правосудию, тогда как соответствующий отчёт Министерства юстиции ещё не поступил. В любом случае, судя по всему, применение нового Временного положения всё ещё находится в зачаточном состоянии. В данных обстоятельствах Законопроект не подкреплён какой-либо фактической базой, обосновывающей предлагаемую Поправку, и, по нашему мнению, надлежит предоставить новому Временному положению возможность применения и провести углублённый анализ происходящего на практике, прежде чем продвигать дальнейшие изменения.

Наша позиция усиливается с учётом существа запрашиваемой Поправки — механизм дачи показаний потерпевшим в отсутствие обвиняемого наносит серьёзный ущерб основным правам обвиняемых, прежде всего праву на присутствие, праву на эффективный перекрёстный допрос, которые составляют сердцевину справедливого судебного процесса. В данном контексте важно подчеркнуть, что речь идёт о наиболее критической стадии производства — перекрёстном допросе основного свидетеля обвинения. Зачастую именно на этой стадии решается судьба дела: будет ли обвиняемый осуждён, по какому составу и будет ли он приговорён к длительному сроку лишения свободы (применительно к рассматриваемому составу, напомним, установлены минимальные наказания, а также крайние конфискационные механизмы). Следует также отметить, что существующий в настоящее время законодательный порог по Закону о порядке судопроизводства (допрос свидетелей) применительно к потенциальному вреду, который может быть причинён потерпевшему вследствие дачи показаний в присутствии обвиняемого, является крайне низким (особенно после отмены требования в Правилах о представлении начального «письменного доказательства» в данном контексте).

Более того, применение механизма показаний в отсутствие обвиняемого создаёт дополнительную изначальную трудность в виде участия обвиняемого посредством видеоконференцсвязи. Как известно, в иных контекстах Государственная адвокатура подробно останавливалась на ущербе, сопряжённом с производством подобного рода применительно к правам обвиняемого и надлежащему осуществлению правосудия — обвиняемый испытывает трудности в наблюдении за всеми участниками производства, испытывает трудности в понимании происходящего в ходе заседания, и необходимое оперативное взаимодействие между ним и его защитником в ходе перекрёстного допроса существенно нарушается. В данном контексте необходимо принять во внимание, что речь идёт о судебном заседании по существу — следует напомнить, что законодатель прямо исключил возможность проведения (без согласия сторон) заседаний по существу в отсутствие физического присутствия обвиняемого, руководствуясь чётким пониманием не только права обвиняемого на непосредственное присутствие при заслушивании доказательств по его делу, но — и прежде всего — необходимостью защиты его права на справедливое судебное разбирательство в смысле возможности принимать активное участие в своей защите на наиболее критической стадии производства и признания необходимого вклада обвиняемого в ведение своей защиты.

На этом фоне не случайно законодатель предусмотрел исключительный и ограничительный механизм дачи показаний потерпевшим в отсутствие обвиняемого лишь применительно к преступлениям против половой неприкосновенности или к определённым преступлениям, совершённым в отношении несовершеннолетних и беспомощных лиц (в особенности в ситуациях, когда между потерпевшим и обвиняемым существуют чувствительные и особые отношения — например, родство или отношения ответственности). Речь идёт о преступлениях и пострадавших, обладающих уникальными характеристиками, отличающими их от иных уголовных преступлений. Подчеркнём особо: характеристика нежелания давать показания (которая, как было сказано, не подкреплена фактической базой) является общей и фактически встречается во многих иных преступлениях — и сама по себе не может служить достаточным основанием для установления механизма дачи показаний в отсутствие обвиняемого с грубым нарушением принципов справедливого судопроизводства.

Наконец, мы весьма обеспокоены «прорывом плотины» и распространением механизма дачи показаний в отсутствие обвиняемого на новые составы преступлений. Обоснованно предположить, что в случае принятия настоящего Законопроекта вскоре появятся инициативы о расширении механизма на многие иные составы преступлений в самых различных сферах.

С учётом изложенного Государственная адвокатура призывает Комитет воздержаться от продвижения данного Законопроекта.

С глубоким уважением,

Ишай Шарон, адвокат Начальник отдела законодательства и политики Государственный адвокат Израиля