Законопроект П/5196/25: Предложение закона о порядке уголовного судопроизводства (Изменение - предотвращение конфликта интересов в расследовании юридического советника правительства и государственного прокурора), 5784-2024

Позиция организации «Братья и сёстры по оружию за демократию» (некоммерческая организация)

14.12.2025

Кому: Комиссия по Конституции, закону и правосудию, Кнессет

Законопроект об уголовном судопроизводстве (Поправка — предотвращение конфликта интересов при расследовании в отношении Юридического советника правительства и Государственного прокурора), 5785–2024

---

«Братья и сёстры по оружию за демократию» — некоммерческая организация, созданная для защиты Государства Израиль от попытки государственного переворота, угрожавшего израильской демократии, и поставившая своей целью действовать во имя сохранения сильного, еврейского, демократического, либерального и равноправного Израиля для будущих поколений, в соответствии с ценностями и духом Декларации независимости.

В силу этого мы представляем настоящую позицию в связи с вышеуказанным законопроектом о поправке к Закону об уголовном судопроизводстве, назначенным к обсуждению при подготовке к первому чтению в Комиссии по Конституции, закону и правосудию Кнессета.

Введение

Законопроект следует рассматривать в контексте совокупности событий, касающихся действующей Юридической советницы правительства, и непрекращающихся попыток сместить её с должности, в том числе в свете единогласного решения Верховного суда, заседавшего в качестве БАГАЦа, об отмене решений правительства об изменении механизма отстранения Юридического советника правительства и об отстранении Юридической советницы правительства на основании изменённого механизма. Резонансное решение Верховного суда устанавливает, что в решениях правительства имелись многочисленные изъяны и что они были приняты в спешке и без какого-либо углублённого обсуждения.

Контекст важен, поскольку истинная цель данного законопроекта — найти новый способ отстранить Юридическую советницу правительства после того, как стало ясно, что первый избранный путь был незаконным и недействительным, как действительно постановил Верховный суд. Стремление отстранить Юридическую советницу правительства от должности стало одной из основных тем, которыми занимается правительство, и данный законопроект отражает искажённую систему приоритетов правительства и коалиции, пытающихся продвигать повестку нанесения ущерба органам обвинения и верховенству закона.

Это проявляется также в поспешном и небрежном порядке составления законопроекта.

Действующее правовое положение

Законопроект стремится изменить и дополнить действующую статью 59 Закона об уголовном судопроизводстве [Сводная редакция], 5742–1982 [«ХАСДАП»]. Эта статья в настоящее время устанавливает: «Если полиции стало известно о совершении преступления, будь то по жалобе или иным способом, она приступит к расследованию». Согласно данной статье и ряду судебных решений, в которых она рассматривалась, полиция обладает дискреционными полномочиями решать, следует ли и каким образом приступать к расследованию, если ей стало известно о совершении преступления (например, путём подачи жалобы в полицию). То есть решение о возбуждении расследования относится к полномочиям полиции, а не обвинения.

Статья 61 ХАСДАП устанавливает, что после передачи материалов расследования из полиции в обвинение прокурор вправе дать указание следственному органу провести дополнительное расследование. Институт «прокурора, сопровождающего расследование» не урегулирован законом, и прокуратура не является следственным органом. Сложилась практика прокурора, сопровождающего расследование, который направляет полицию в ходе проведения расследования, однако у такого сопровождающего прокурора нет никаких прямых полномочий, кроме полномочия дать указание о «дополнительном расследовании» после его завершения и передачи материалов обвинению.

Предлагаемая система и её серьёзные изъяны

Как указано выше, очевидно, что законопроект составлен в спешке и небрежно. Согласно тексту предложения, к статье 59 ХАСДАП будет добавлена фраза: «Если полиции стало известно о совершении преступления Юридическим советником правительства или Государственным прокурором или кем-либо от их имени...» — и достаточно того, чтобы Министр юстиции назначил «прокурора для данного дела». То есть достаточно того, что некое лицо подаст жалобу в полицию на Юридическую советницу правительства, и ещё до того, как полиция — уполномоченный следственный орган — вообще решила о возбуждении расследования и имеются ли для этого основания, — Министр юстиции может немедленно назначить «прокурора для данного дела».

Предлагаемая система не устанавливает никаких критериев относительно того, о каком преступлении идёт речь. Так, например, если подана жалоба о преступлении категории «хет» (проступок) (и достаточно подачи жалобы, не более того) — этого достаточно для назначения «прокурора», как указано, ещё до того, как принято какое-либо решение о возбуждении расследования.

Предлагаемая система также устанавливает, что достаточно того, что преступление совершено «кем-либо от имени» Юридического советника правительства или Государственного прокурора. Ещё одна расплывчатая формулировка, призванная максимально снизить порог, необходимый для назначения прокурора «для данного дела». Закон весьма чётко определяет, кого можно обвинить в преступлениях, совершённых «совместно», и тем не менее выбрана формулировка, совершенно не соответствующая рассматриваемой ситуации, в виде выражения «от их имени» — выражения, не принятого в уголовном праве. Это оставляет возможность для назначения прокурора также в случае, когда в совершении преступления подозревается лицо, подчинённое Государственному прокурору, — в силу самого факта подчинённости, без связи с вопросом фактической причастности Государственного прокурора к делу. Это открывает широкую и опасную возможность для назначения прокурора Министром юстиции при подаче жалобы против младшего прокурора (не Государственного прокурора или Юридического советника) под предлогом того, что этот прокурор действовал «от имени» Государственного прокурора. Предоставление неограниченной власти Министру юстиции действовать таким образом против прокуратуры способно нанести ущерб независимости органов обвинения и нарушить баланс между различными ветвями власти. Это позволяет политическое вмешательство в проводимые расследования из посторонних соображений. Особенно это актуально в условиях, когда на различных стадиях ведутся расследования в отношении избранных представителей из числа коалиции, и когда действующий Министр юстиции открыто заявляет (в том числе в других законопроектах) о своём намерении ослабить органы обвинения.

Законопроект также устанавливает, что «назначенный прокурор будет обладать всеми полномочиями Юридического советника правительства и Государственного прокурора в отношении расследования и обвинения...» — не определяя, о каких полномочиях идёт речь. Выше мы видели, что полномочия обвинения заключаются в дополнительном расследовании после передачи материалов из полиции обвинению и в полномочиях относительно предъявления обвинения. Нет законного полномочия вмешиваться в активное полицейское расследование, и практика сопровождения расследования, как указано, является обычаем, сложившимся с годами в связи с различными видами расследований. Оставление вопроса полномочий «прокурора» расплывчатым отражает как небрежность составления законопроекта, так и желание его составителей оставить широкое поле для действий такого прокурора по своему усмотрению, с целью реализации цели: отстранение Юридической советницы правительства и нанесение ущерба статусу прокуратуры и верховенству закона.

Пояснительная записка законопроекта также отражает его небрежность

Согласно пояснительной записке, два основания лежат в основе данного предложения. Первое — якобы имеется «пробел» в законе, поскольку нет установления относительно порядка возбуждения расследования в отношении Юридического советника правительства или Государственного прокурора. Это утверждение вводит в заблуждение. Нет необходимости в отдельном правовом урегулировании для возбуждения расследования в отношении Юридического советника правительства, и решение о возбуждении такого расследования относится к компетенции следственных органов на основании имеющихся у них доказательств в соответствии с действующим законодательством. В расследовании военной прокуратуры, которое стало триггером всех указанных событий, если у полиции имелись обоснованные подозрения в совершении преступления Государственным прокурором, например, — она обладает полными полномочиями для расследования этих подозрений. Для этого не требуется никакое дополнительное должностное лицо и не требуется новое правовое урегулирование. Иначе обстоит дело с расследованием в отношении определённых публичных лиц, для которого требуется одобрение Юридического советника правительства, в силу того что речь идёт об избранных представителях или судьях, где необходим внешний контроль перед возбуждением расследования, чтобы исключить злоупотребление следственными полномочиями или нарушение разделения властей (например, расследование в отношении действующего судьи на основании одной лишь жалобы).

Согласно аргументу о «пробеле», предлагаемая система создаёт ситуацию, при которой возбудить расследование в отношении действующего Юридического советника правительства значительно легче, чем в отношении любого другого гражданина, когда на основании одной жалобы немедленно назначается прокурор, который может «дать указание» (в силу расплывчатых полномочий) расширить расследование и продлевать его по своему усмотрению — и это ещё до того, как уполномоченный профессиональный следственный орган решил, есть ли вообще основания для возбуждения расследования, как это принято сегодня в отношении любого преступления.

Когда встанет вопрос о предъявлении обвинения действующему Юридическому советнику правительства — его можно решить точечно путём делегирования полномочий ad hoc. Нет никакой необходимости в особом урегулировании, тем более в таком кривом, неполном и небрежном, как предлагаемый здесь.

Второе основание, лежащее в основе предложения, говорит о «ситуации, при которой возникает подозрение в совершении преступления» Юридическим советником правительства. Это не соответствует тому, что сказано в самом законопроекте, который требует, чтобы «полиции стало известно о совершении преступления». Согласно пояснительной записке, достаточно одного лишь «подозрения», что преступление было совершено. Легко убедиться, что предложение составлено под конкретное событие расследования военной прокуратуры, где силы коалиции и лица со схожими интересами выдвинули «подозрение», что и Юридическая советница правительства совершила преступления в связи с этим событием — что привело к эффекту снежного кома, в котором Министр юстиции дважды пытался назначить прокурора от своего имени, чтобы реализовать цель отстранения Юридической советницы правительства, хотя бы в силу самого факта, что она якобы является объектом уголовного расследования.

Заключение

Речь идёт об очередном шаге в рамках судебного переворота, продвигаемого правительством и коалицией на протяжении примерно трёх лет. Это законопроект, призванный облегчить Министру юстиции отстранение Юридической советницы правительства или, по меньшей мере, запугать её и подчинённых ей сотрудников, с тем чтобы ограничить их деятельность. Он не отвечает никакой реальной и конкретной потребности и отражает искажённую систему приоритетов правительства и коалиции.

С уважением, Эйтан Герцль, генеральный директор «Братья и сёстры по оружию за демократию»