Правительственный законопроект: Законопроект о борьбе с терроризмом (изменение № 9 и временная норма) (потребление террористической пропаганды), 5784-2023 (разделение дел между прокуратурой и полицейским обвинением)

Позиция Движения за управляемость и демократию — Законопроект о борьбе с терроризмом (поправка N 9 и временное положение) (потребление террористических публикаций), 5784-2023

30 октября 2023

Позиция для Комиссии по конституции, праву и правосудию

Движение за управляемость и демократию является неполитическим движением, действующим в целях укрепления управляемости и демократии и предоставления инструментов и возможностей народным избранникам для продвижения политики, ради которой они были избраны, отражающей волю их избирателей — народа Государства Израиль.

---

А. Предпосылки

Кровавое нападение и массовое убийство сыновей и дочерей, стариков, младенцев и малолетних детей народа Израиля в Государстве Израиль в Чёрную субботу (7 октября 2023 г.) требует от Государства Израиль, стремящегося к жизни, глубокого и уникального парадигматического сдвига во всех сферах государственного существования на этой земле.

В сфере законодателя, из которого проистекает закон и из которого вытекает правосудие, необходима законодательная деятельность, которая реализует жизненно необходимый парадигматический сдвиг и предоставит действенные правовые инструменты правоохранительной системе в войне всего Государства Израиль против убийственного врага, стремящегося к его уничтожению.

Уникальность борьбы с убийственным терроризмом коренится в том, что террористический акт в своей основе проистекает из идеологии, и поэтому следует стремиться искоренить идеологию в зародыше, ограничивая её распространение в широких кругах и сдерживая поддержку, отождествление с ней или следование её путям.

В настоящей позиции мы рассмотрим проявление парадигматического сдвига в отношении потребления террористических публикаций в Государстве Израиль, как это, по нашему мнению, отражено в рассматриваемом законопроекте, и как будет изложено далее.

---

Б. Законопроект

1. Заявленная цель Законопроекта о борьбе с терроризмом (поправка N 9 и временное положение) (потребление террористических публикаций), 5784-2023 (далее — «Закон») призвана предотвратить процесс, завершающийся совершением террористических актов группами и отдельными лицами вследствие систематического и интенсивного потребления контента, восхваляющего, поощряющего и одобряющего террористические акты, содержащего прямые призывы к совершению терактов или документирующего совершение террористических актов (далее — «контент»).

2. Запрет на потребление контента, способного послужить индоктринацией и/или катализатором для совершения террористических актов, означает спасение человеческих жизней и защиту общественного порядка и безопасности. Это особенно актуально в период, когда Государство Израиль находится в разгаре экзистенциальной борьбы, и опыт показывает, что она может вспыхнуть одновременно извне и изнутри, со стороны как отдельных лиц, так и групп.

3. Опасение, что подстрекательство приведёт к подражанию террористическому акту и кровопролитию в результате систематического потребления контента, поощряющего, одобряющего и восхваляющего убийство евреев, даже без внешнего проявления (предотвращение и преследование которого регулируются составами подстрекательства к терроризму), оправдывает в этот чрезвычайный и ужасный час как превентивную, так и сдерживающую цель Закона, несмотря на вторжение в частную сферу человека.

4. Здесь следует отметить, что статья 214(б3) Уголовного кодекса 5737-1977 (далее — «Уголовный кодекс») устанавливает: «Лицо, хранящее при себе публикацию непристойного содержания с изображением несовершеннолетнего или потребляющее такую публикацию, даже не храня её, подлежит наказанию — лишению свободы сроком на один год;»

5. Указанная статья устанавливает санкцию за действие, которое лицо совершает наедине с собой, и квалифицируется как поведенческое правонарушение, даже если совершено в частной обстановке. Как указано, само потребление или хранение непристойной публикации составляет поведенческое правонарушение по определению закона. Таким образом, представляется, что предлагаемый закон не создаёт нечто из ничего, и запрет «потребления» существует уже давно, и осуждённые заключаются под стражу на его основании в обычном порядке (см. и ср. — указание Генерального прокурора^1).

6. Уголовный кодекс также регулирует, аналогично предлагаемому закону, вопрос порога, необходимого для установления состава правонарушения: «хранит» или «потребляет» — за исключением хранящего или потребляющего случайно и добросовестно. Таким же образом Закон определяет правонарушение как совершаемое лицом, «потребляющим систематически и постоянно» публикации террористических организаций, определённых во Втором приложении к поправке к Закону.

7. Подобно тому как нет оснований ожидать произвольного привлечения к ответственности потребителей непристойного контента, как они определены в Уголовном кодексе, с учётом установленных в нём исключений, так и в рассматриваемом Законе — «потребление публикаций, указанных в подпункте (2), совершённое случайно, добросовестно или в законных целях, в том числе для информирования общественности, предотвращения террористического преступления или в исследовательских целях, не считается запрещённым потреблением по настоящему подпункту» — следует исключить такие ожидания. Критерий является сбалансированным, пропорциональным и разумным применительно к нынешним обстоятельствам.

8. В этой связи важно отметить, что судебная практика признала, что даже зашифрованный материал на компьютере обвиняемого, который ни полиция, ни суд не смогли просмотреть, был квалифицирован как допустимое доказательство для подтверждения состава хранения непристойного материала, и обвиняемый был осуждён на основании данных, которые суд вообще не просматривал, поскольку подразумеваемые в них наименования указывали на связь с совершением правонарушений в сфере педофилии.

9. Так постановил суд по делу Лурия:

«Действительно, осуждение по обвинению в хранении запрещённого материала, без того чтобы суд был ознакомлен с запрещённым материалом, не является само собой разумеющимся. Вместе с тем речь не идёт о беспрецедентном развитии. Суды и ранее осуждали обвиняемых по делам о наркотиках, даже если наркотическое вещество не было обнаружено в их владении (УА 3974/92 Азулай против Государства Израиль, ПД 47(2) 565 (23.5.1993)), и, как указывалось, по делам об убийстве без обнаружения тела, и всё это на основании косвенных доказательств. Настоящий приговор является лишь применением прецедентов, установленных в тех случаях, к миру современных компьютеров и интернета, и он неукоснительно следует установленным прецедентам. В этом отношении — нет ничего нового под солнцем» (пункт 54 УД (Ришон ле-Цион) 42667-02-15 Государство Израиль против Юрия Лурия (Нево: 15.1.2017)).

Для полноты картины отметим, что на основании этого зашифрованного материала, который ни суд, ни полиция не смогли просмотреть, обвиняемый был осуждён по 69 эпизодам хранения непристойных публикаций.

10. Положения статьи 214(б3) Уголовного кодекса, равно как и дело Лурия и последующая судебная практика, разъясняют, что можно ограничить даже на постоянной основе потребление террористического контента.

11. Необходимость Закона в нынешний период возрастает ещё больше, когда Израиль противостоит психологической войне, представляющей собой планомерное использование пространства в целях воздействия на мнения и поведение групп и отдельных лиц как средства достижения цели уничтожения Израиля. К глубокому сожалению, эта война может включать ужасающие сцены с нашими братьями и сёстрами — детьми, младенцами и стариками, похищенными и удерживаемыми в плену у убийц ХАМАСа в Газе.

12. Следует напомнить, что Высший суд справедливости (БАГАЦ) отклонил позицию, согласно которой не следует принимать законодательство, ограничивающее права человека, — и это в отношении временного положения о воссоединении семей.

13. БАГАЦ также напомнил судебную практику, сформировавшуюся после террористических атак по всему миру:

«В последние годы терроризм перестал быть исключительным или почти исключительным уделом Израиля. Начало нынешнего столетия ознаменовалось мощными террористическими атаками в различных точках мира. Порой терроризм наносил удары по демократическим странам без предварительной подготовки. События 11 сентября в Соединённых Штатах не скоро забудутся. Многие государства перестроились, приспособились к новой реальности, навязанной им, и в этих рамках были внесены изменения в законодательство. Упомянем, не исчерпывая, несколько примеров из разных стран мира: в Соединённых Штатах — The Patriot Act of 2001; в Великобритании — The Anti-terrorism, Crime and Security Act 2001; в Австралии — The Security Legislation Amendment (Terrorism) Act 2002; и в Канаде — The Anti-Terrorism Act 2001» (пункт 1 решения покойной судьи Наор по делу БАГАЦ 7052-03 «Адала — Юридический центр по правам арабского меньшинства в Израиле» против Министра внутренних дел, ПД 61(2) 202 (Нево: 14.5.2006)).

14. БАГАЦ недвусмысленно разъяснил организациям, подавшим петиции против Закона, что «права человека — это не рецепт национального самоубийства» (там же, пункт 10 решения судьи Груниса).

15. Попытка представить Закон как ограничение свободы выражения или «охлаждающий эффект на свободу выражения» не относится к существу вопроса, поскольку, несмотря на то что немало копий было сломано по поводу внутреннего напряжения между свободой выражения и защитой общественной безопасности посредством критерия близкой вероятности, по нашему мнению, речь вообще не идёт о вопросе свободы выражения. Ибо свобода выражения предназначена для того, чтобы позволить индивидам или группам в обществе выражать диссонирующие, нестандартные и даже возмутительные голоса, но она вовсе не применяется в ситуации, когда требуется предотвращение индоктринации, подстрекательства и воздействия прославления врага ради спасения человеческих жизней в период войны.

16. Следует напомнить, что публикации ХАМАСа, распространяемые в эти дни, включают призывы к изнасилованию, использование изображений несовершеннолетних, беспомощных и стариков и создают новую реальность — потребление непристойных публикаций в целях продвижения терроризма и его убийственных целей. Эту реальность и её ужасающие последствия законопроект стремится предотвратить.

17. В заключение — в нынешнее тяжёлое время данный законопроект продиктован реальностью, как часть обязанности Государства Израиль и его избранников действовать всеми доступными средствами для обеспечения безопасности и защиты граждан Израиля, во имя чести и памяти убитых и похищенных, создавая чёткий сдерживающий сигнал: никогда больше.

Адвокат Йеска Бина

Движение за управляемость и демократию

---

^1 Указание Генерального прокурора N 2.22 — Публикация, хранение и потребление непристойного материала с изображением несовершеннолетнего