Законопроект П/1738/25: Закон о наказаниях (изменение № 159) (смертная казнь для террористов), 5786-2025

Справочный материал: Позиция организации «Адала — Юридический центр по правам арабского меньшинства в Израиле» по законопроектам об Уголовном кодексе (поправки 159 и 160) (смертная казнь для террористов)

Направлена юридической советнице правительства, юридической советнице Кнессета и председателю Комиссии по национальной безопасности

18 ноября 2024 г.

---

Тема

Законопроект об Уголовном кодексе (поправка 159) (смертная казнь для террористов) (הצעת חוק העונשין (תיקון מס' 159) (עונש מוות למחבלים)), 5786-2025;

Законопроект об Уголовном кодексе (поправка 160) (смертная казнь для террористов) (הצעת חוק העונשין (תיקון מס' 160) (עונש מוות למחבלים)), 5786-2025.

В связи с заседанием Комиссии по национальной безопасности 19 ноября 2025 г. обращаемся с просьбой предотвратить продвижение указанных законопроектов как неконституционных.

---

А. Законопроекты неконституционны

1. Законопроекты одобрены в первом чтении 10 ноября 2025 г. и предлагают ввести новое преступление с обязательной смертной казнью, а также распространить нормы израильского законодательства на палестинцев Западного берега.

2. Законопроекты имеют два изъяна: (а) они неконституционны; (б) их применение на Западном берегу противоречит международному праву.

Нарушение права на жизнь

3. Законопроекты нарушают ценность жизни. Право на жизнь — первое и основополагающее, признанное в Основном законе: Достоинство и свобода человека (חוק יסוד: כבוד האדם וחירותו). Верховный суд неоднократно подчёркивал, что «ценность жизни человека не подлежит оспариванию» (ГА 461/62, БАГАЦ 606/93). Смертная казнь является жестоким и бесчеловечным наказанием.

Нарушение принципа равенства

4. Законопроекты создают различные правовые режимы для еврейских и палестинских граждан. Формулировка, устанавливающая смертную казнь за деяние, совершённое «с целью нанесения ущерба Государству Израиль и возрождению еврейского народа на его земле», явно различает преступления против еврейского и арабского населения. Раздельный правовой режим на основании национальности или происхождения нарушает принцип равенства.

Отсутствие легитимной цели

5. Нарушение прав не служит легитимной цели. Законопроекты направлены исключительно против палестинцев — как граждан Израиля, так и жителей оккупированных территорий. Заявленная цель сдерживания не подтверждена: многочисленные исследования свидетельствуют о неэффективности смертной казни как средства сдерживания.

Международные обязательства

6. Законопроекты противоречат международному праву и обязательствам Израиля. Израиль на протяжении многих лет последовательно голосовал в Генеральной Ассамблее ООН за отмену смертной казни (резолюции 62/149, 63/168, 65/206, 67/176, 69/186, 71/187, 73/175, 75/183).

7. Смертная казнь нарушает международные запреты на жестокое, бесчеловечное и унижающее достоинство обращение и может квалифицироваться как пытка (доклад Верховного комиссара по правам человека ООН A/HRC/36/27; дело Al-Saadoon v. UK, ЕСПЧ; дело Ocalan v. Turkey, ЕСПЧ).

8. Статья 6 МПГПП закрепляет право на жизнь и запрещает государствам-участникам вводить смертную казнь за деяния, которые не предусматривали такое наказание на момент ратификации конвенции или в любое последующее время (CCPR/C/GC/36, п. 34).

9. Около 140 государств отменили смертную казнь. Европейский Союз в 2002 г. принял абсолютный запрет смертной казни. ЕСПЧ в 2010 г. подтвердил, что смертная казнь нарушает право на жизнь и запрет пыток (дело Bader v. Sweden, дело Al-Saadoon v. UK). Конституционный суд ЮАР постановил, что смертная казнь нарушает запрет пыток, уничтожает право на достоинство и содержит элементы произвольности (дело State v. Makwanyane, 1995).

10. Законопроекты не выдерживают теста на пропорциональность: отсутствует рациональная связь между смертной казнью и сдерживанием; существуют альтернативные наказания; лишение жизни — наиболее суровая и необратимая мера.

11. По третьему тесту пропорциональности: смертная казнь не оставляет возможности для исправления ошибок и может привести к казни невиновных.

12. Судья Хаим Коэн писал: «Во главе шкалы ценностей «достоинства человека» стоит святость жизни... Запрет посягательства на жизнь человека как основополагающий принцип публичного права в первую очередь означает запрет смертной казни.»

13. Профессор Аарон Барак полагал, что закон о смертной казни не может пройти тесты оговорки об ограничении: «...законодательство о смертной казни может не выдержать каждой из «станций» оговорки об ограничении. Особенно трудно будет ему пройти требование о том, чтобы ущерб не превышал необходимой меры.»

Б. Законопроекты противоречат международному гуманитарному праву

14. Законопроекты предусматривают, что «министр обороны поручит командующему силами ЦАХАЛ в районе издать приказ — (1) полномочие военного суда выносить смертный приговор не обусловливается единогласием, а может выноситься простым большинством судей; (2) невозможно смягчить наказание лицу, приговорённому к смертной казни вступившим в силу приговором военного суда.»

15. Помимо нарушения принципа справедливого судопроизводства, законопроекты предлагают распространить израильское законодательство на территорию Западного берега. Верховный суд установил, что «полномочия военного командира проистекают из международного публичного права, относящегося к воинской оккупации. Правовое значение оккупации двояко: во-первых, право, юрисдикция и управление Государства Израиль не распространяются на эти территории; во-вторых, правовой режим этих территорий определяется международным публичным правом оккупации» (БАГАЦ 7957/04 «Мараабе против премьер-министра»). В деле БАГАЦ 1308/17 («Муниципалитет Сильвад против Кнессета») большинство судей постановили, что закон противоречит принципу территориального суверенитета.

16. Законопроекты противоречат правилу 43 Гаагских правил, представляющему «квази-конституционную рамку оккупационного права» (БАГАЦ 2164/09 «Еш-Дин»). Военный командир не вправе учитывать национальные интересы своего государства (БАГАЦ 393/82).

17. Данный вывод подтверждён консультативным заключением Международного суда ООН от 19 июля 2024 г. по вопросу о правовых последствиях израильской политики на оккупированных палестинских территориях, которое установило, что применение Израилем своих регулятивных полномочий как оккупирующей державы несовместимо с правилом 43 Гаагских правил и статьёй 64 Четвёртой Женевской конвенции (п. 141).

---

На основании изложенного Комиссии предлагается отклонить законопроекты и не допустить их продвижения в качестве закона.

С уважением,

Д-р Сохад Башара, адвокат

Адала — Юридический центр по правам арабского меньшинства в Израиле (عدالة — مركز قانوني لحقوق الأقلية العربية في إسرائيل)