Законопроект П/1738/25: Закон о наказаниях (изменение № 159) (смертная казнь для террористов), 5786-2025

Позиционный документ Реформистского центра по вопросам религии и государства относительно Законопроекта о смертной казни — второе и третье чтение

כ״ד טבת תשפ״ו / 13 января 2026 года

Уважаемой Комиссии по национальной безопасности

---

Тема: Законопроект о смертной казни для второго и третьего чтения от имени члена Кнессета Сон Хар-Мелех — позиционный документ Реформистского центра по вопросам религии и государства

В преддверии обсуждения, назначенного в Комиссии на 14.1.26, по вышеназванному Законопроекту, Реформистский центр по вопросам религии и государства — правовое и общественное крыло реформистского движения, прогрессивного иудаизма в Израиле, — вновь выражает свою решительную оппозицию Законопроекту, включая его последнюю редакцию, как противоречащему в корне основополагающим ценностям, на которых было основано еврейское и демократическое государство Израиль, и прежде всего ценностям святости жизни, достоинства человека и равенства.

Статья 3 Законопроекта, посвящённая «смертной казни для террористов в Иудее и Самарии», устанавливает, что Министр обороны даёт указание военному командующему Западным берегом реки Иордан изменить военное законодательство указом, уполномочивающим состав военного суда выносить жителям Западного берега — палестинцам — обязательный смертный приговор в случаях «умышленного причинения смерти» по Статье 209 Указа о положениях безопасности [сводная редакция] (Иудея и Самария) (№ 1651), 5770–2009. При этом даже без требования или поддержки со стороны обвинения, простым большинством голосов и без необходимости единогласия судей, без ограничения по степеням судей, уполномоченных на это. После вынесения окончательного приговора смягчение этого наказания будет невозможным. В отличие от израильтян на Западном берегу, подпадающих под действие израильского права, палестинцы на Западном берегу находятся под контролем ЦАХАЛ и подпадают под действие военного права. Таким образом, военное законодательство, изменённое в соответствии с Законопроектом и предусматривающее обязательную смертную казнь за умышленное причинение смерти, будет применяться исключительно к палестинцам и не будет применяться к евреям.

Статья 4 Законопроекта вносит Поправку в Статью 301а Закона об уголовном праве, 5737–1977, таким образом, что она вводит смертную казнь за «умышленное причинение смерти гражданину или жителю Израиля» при обстоятельствах, когда деяние представляет собой террористический акт в соответствии с его определением в Законе о борьбе с терроризмом, 5776–2016. Согласно положениям данной статьи, лицо, на которое распространяется действие израильского закона, проживающее на Западном берегу и умышленно причинившее смерть палестинцу, не будет обязано подвергнуться смертной казни, поскольку палестинцы — жители территорий — не являются гражданами или жителями.

Речь, таким образом, идёт о дискриминационном и расистском Законопроекте, устанавливающем различное право для убийц по националистическим мотивам — в зависимости от национальной принадлежности убийц или жертв. Так, Законопроект устанавливает иерархию, согласно которой обязательная смертная казнь применяется лишь в случае, когда убийца является палестинцем — жителем Западного берега; необязательная смертная казнь применяется, если убийца является израильтянином, а жертва также является жителем или гражданином Израиля; тогда как случаи, когда убийцы являются евреями, а жертвами — палестинцы, жители Западного берега, не являющиеся гражданами или жителями Израиля, исключены из сферы действия Закона. Заложенный в этом посыл состоит в том, что еврейские жизни ценнее жизней палестинцев — жителей Западного берега; это недопустимый посыл, противоречащий фундаментальным демократическим принципам. Речь, следовательно, идёт о расистском Законопроекте, подрывающем в основе ценность достоинства и равенства.

Мы вновь подчёркиваем, что Законопроект порочен в основе своей ввиду нарушения ценности святости жизни и достоинства человека. Смертная казнь — это жестокое и бесчеловечное наказание, прямо противоречащее ценности святости жизни и ценности достоинства человека; оно заслуживает отмены, и уж тем более его возможность не должна расширяться — особенно путём лишения суда права усмотрения и обязывания его выносить смертный приговор даже при отсутствии единогласия. Эти доводы приобретают особый вес с учётом того, что сдерживающий фактор, положенный в основу Законопроекта, совершенно не обоснован, мировая тенденция направлена на отмену смертной казни, а сама смертная казнь необратима по своему характеру.

Обязательность смертного приговора и лишение суда права усмотрения, устранение требования единогласия и исключение возможности смягчить вынесенный смертный приговор — всё это, как было сказано, применительно к военному законодательству, действующему исключительно в отношении палестинцев — жителей Западного берега. Законопроект стремится обязать суд в случаях убийства по националистическим мотивам выносить смертный приговор, лишая его при этом какого-либо права усмотрения в отношении вида наказания. Законопроект также стремится устранить необходимость единогласного решения судейской коллегии о назначении смертной казни и не допускает смягчения вынесенного смертного приговора. С учётом всего изложенного выше, и в особенности существующего риска осуждения невиновных и необратимого характера смертной казни, надлежит воздерживаться от лишения суда права усмотрения, и уж тем более не следует снижать порог принятия решения и исключать возможность смягчения наказания применительно к вынесению смертного приговора.

Мы вновь подчёркиваем, что Законопроект не только противоречит демократическому характеру государства, но и противоречит ценностям иудаизма. Смертная казнь противоречит основополагающей доктрине святости жизни, проистекающей из стиха: «И сотворил Бог человека по образу Своему» (Берешит 1:27) и из талмудического принципа: «Всякий, кто губит одну душу... — как будто погубил целый мир» (Санхедрин, 37а). Мудрецы обращались к вопросу смертного приговора, и их позиция была однозначной: рабби Тарфон и рабби Акива говорят: «Если бы мы были в Санhедрине — ни один человек никогда не был бы казнён» (Мако́т, 7а), а Рамбам говорит: «Гораздо лучше, желательнее и предпочтительнее оправдать тысячу преступников, чем казнить одного невиновного» (Рамбам, Книга заповедей, запрет 266/296, издание Франкеля). Смертная казнь уничтожает идею раскаяния, возможность исправления и достоинство человека, сотворённого по образу Божию. Она стремится свести счёты там, где следует открыть путь к подлинному изменению. Поэтому смертная казнь — это не только безнравственно; это антиеврейски и антигуманно.

С учётом всего вышеизложенного мы вновь призываем решительно выступить против Законопроекта и воздержаться от его продвижения.