Законопроект П/5808/25: Законопроект о разделении должности юридического советника правительства, 5785-2025

Справочные материалы — Законопроект 2226845

Тип документа: Справочные материалы Дата: 17.11.2025

---

Членам Комитета по конституции, законодательству и праву, добрый день.

Я принимаю ваше приглашение выступить на заседании комитета 17.11.2025 по вопросу разделения функций юридического советника правительства и благодарю за само приглашение.

Прошу разъяснить, что, по моему глубокому убеждению, основанному на многолетнем опыте службы и близком знакомстве с системой, — разделение этой должности путём передачи полномочий в уголовной сфере другим должностным лицам нанесёт драматический урон способности системы правоприменения выполнять своё предназначение.

Это касается не только случаев, когда (по утверждениям) юридический советник находится в «конфликте интересов», одновременно консультируя правительство и его министров и при этом принимая (в редких случаях) решения о возбуждении уголовных дел и предъявлении обвинений кому-либо из них; речь идёт прежде всего о явном и неизбежном ослаблении системы правоприменения в целом, которое неминуемо последует за разделением.

Мне неизвестно ни о каком позиционном документе, который был бы представлен комитету — если таковой вообще был представлен, — посвящённом прочим далеко идущим последствиям решения о разделении для многочисленных правоприменительных систем в их повседневном функционировании. Остановлюсь на этом кратко.

В нынешнем состоянии многочисленные и разнообразные государственные подразделения, занимающиеся юридическими консультациями и представительством (не только уголовные и гражданские прокуратуры и юридический советник правительства), действуют слаженно и синхронно под единым обязательным профессиональным руководством — руководством юридического советника правительства.

По моему опыту, демонтаж единоначальной «пирамиды» и замена её двух- или трёхвершинным «трапециевидным» профессиональным руководством над всей системой правоприменения Израиля способен нанести тяжкий — если не смертельный — урон её способности противостоять преступным явлениям, серьёзным правонарушениям и существенным нарушениям прав; и особенно в многочисленных и резонансных случаях, требующих комплексного междисциплинарного вмешательства различных правовых подразделений и правоприменительных органов исполнительной власти.

Переход от «пирамидальной» структуры, подчинённой одному старшему профессиональному должностному лицу, к структуре двух- (или трёх-)главого руководства неизбежно приведёт к рассредоточению сил и полномочий между различными подразделениями, неизбежно серьёзно подорвёт эффективность и слаженность рабочего процесса и, безусловно, породит частые разногласия и трения между теми, кто параллельно (но с разных точек зрения и на основании различных полномочий) занимается одними и теми же делами. Очевидно, что нынешняя гармония (в значительной мере) между множеством участников системы — рассеется, и общество, жаждущее скоординированного, слаженного, эффективного и действенного правоприменения, — его лишится.

По моим сведениям, подготовительная работа инициаторов данного законопроекта сосредоточена исключительно на разделении должности юридического советника таким образом, чтобы лишить её статуса и полномочий главы государственного обвинения, причём цель этого шага в нынешних обстоятельствах — когда ведётся дело премьер-министра — ясна и общеизвестна; при этом совершенно не принято во внимание, какие профессиональные последствия широкого и глубокого характера этот шаг несёт для будущего (мрачного) эффективности правоприменения в стране.

Относительно возможности моего участия в завтрашнем заседании скажу следующее: к сожалению, в существующей политической реальности шансы убедить комитет нереалистичны. Насколько известно, большинство членов комитета от коалиции «заперты» коалиционной дисциплиной, обязывающей их поддержать разделение без самостоятельного суждения (аналогично тому, что наблюдается в отношении других законодательных инициатив, входящих в комплекс так называемых «реформ», именуемых вместе «судебным переворотом»). При таком положении дел исходная мера открытости и готовности представителей коалиции убедиться в справедливости позиции, отличной от той, которой им предписано придерживаться, — ничтожна, если вообще существует.

Стоит добавить, с сожалением, что на основании впечатлений, сложившихся от безудержного стиля бесчисленных заседаний Комитета по конституции, законодательству и праву в его нынешнем составе (как это освещалось для публики), я не могу представить себе, что мне (подобно другим, желающим изложить позицию, противоположную инициативе разделения) будет предоставлена возможность выступить в комитете с упорядоченным докладом — и в особенности без прерываний и унизительных криков и брани. Эту «участь» я предпочитаю «избавить» себя, тем более с учётом того, что все мои усилия помочь заранее обречены на неудачу.

В изложенных обстоятельствах, поскольку моё участие вряд ли внесёт вклад в завтрашнее обсуждение важнейшего вопроса повестки дня, я воздержусь от участия в нём.

С уважением, Моше Лидор