Правительственный законопроект: Законопроект о связи (вещание), 5785-2025

Неравенство в обязательствах, возлагаемых на различных поставщиков контента согласно Законопроекту о телерадиовещании

Нога Рубинштейн, партнёр Телефон: 073-3202021 nogar@krb.law

---

Уважаемая госпожа 13 февраля 2026 года Брурия Мендельсон, адвокат к"ו бе-Шват 5786 Юридический советник Министерство связи По электронной почте

---

Уважаемая госпожа советник,

Предмет: Неравенство в обязательствах, возлагаемых на различных поставщиков контента согласно Законопроекту о телерадиовещании

От имени коммерческих каналов — «Решет Медиа Лтд.» и «Шидурей Кешет Лтд.» — настоящим имеем честь обратиться к Вам по указанному вопросу.

Законопроект о телерадиовещании (שידורים), 5786–2025 («הצעת חוק») обсуждается в эти дни в Кнессете. Одной из главных заявленных целей Законопроекта, как провозглашалось устно и зафиксировано письменно, является достижение технологической нейтральности и «выравнивание игрового поля», с тем чтобы одинаковые обязательства распространялись на всех поставщиков контента.

Вместе с тем изучение положений Законопроекта выявляет значительный разрыв между обязательствами, распространяющимися на поставщиков контента, действующих в настоящее время на основании Закона о телерадиовещании (Безек и вещание) («חוק התקשורת (בזק ושידורים), התשמ"ב-1982») («платформы»), и поставщиков контента, действующих в настоящее время на основании лицензий по Закону о Втором органе по телевидению и радио («חוק הרשות השנייה לטלוויזיה ורדיו, התש"ן-1990») («каналы»), к числу которых относятся каналы 12, 13 и 14.

Ключевые расхождения между каналами и платформами проявляются прежде всего в переходных положениях, хотя существуют расхождения и в постоянных положениях. Начнём с переходных положений.

Статья 192 Законопроекта регулирует долю инвестиций в оригинальное производство, которые поставщики контента обязаны осуществлять в переходный период с 2026 по 2032 год. Конечная цель, установленная для всех поставщиков контента, составляет 6,5%. Однако в начальной точке каналы обязываются инвестировать 15%, тогда как от платформ требуется лишь 4%.

Речь идёт о весьма значительном разрыве, смысл которого совершенно неясен. Разве крупные платформы, работающие на рынке десятки лет, заслуживают «защиты как у новорождённого» или переходного периода на организацию?

Этот разрыв усугубляется с учётом того, что «послабления», предоставляемые платформам (по сравнению с нынешним положением), вступают в силу немедленно. Так, по Предложению платформам разрешается транслировать рекламу уже с первого дня публикации, без необходимости ожидать дня вступления в силу (через два года с момента публикации). Таким образом, платформы смогут немедленно увеличить свои доходы, тогда как каналы будут вынуждены сокращать доходы (поскольку им придётся делить свой основной доход от рекламы с платформами). Одновременно со снижением доходов каналы, как уже указывалось, будут обязаны увеличить объём инвестиций в оригинальное производство (ввиду расширения расчётной базы доходов и включения доходов, ныне в неё не входящих).

Эти расхождения предоставляют платформам существенное конкурентное преимущество над каналами, которые отныне станут их прямыми конкурентами, поскольку смогут напрямую соперничать с ними как в новостном вещании, так и в возможности транслировать рекламу.

Более того, платформы, которым с первого дня публикации разрешается транслировать рекламу, не подпадают под действие Закона о Втором органе и потому не связаны какими-либо рекламными ограничениями, установленными этим законом и на его основании. Каналы же, имеющие лицензии (например, 12, 13, 14), подпадают под действие Закона о Втором органе и Правил, принятых на его основании, — вплоть до дня вступления в силу (двух лет с момента публикации), что ещё более усиливает конкурентное преимущество платформ.

Добавим, что поскольку Закон о Втором органе и Правила, принятые на его основании, утрачивают силу только со дня вступления в силу, каналы в течение этих двух лет обязаны также платить лицензионные сборы.

Из изложенного следует, что в первые два года с момента публикации Закона платформам (и без того более сильным) будет предоставлено значительное экономическое преимущество на миллионы шекелей перед каналами. Платформы будут увеличивать доходы от рекламы, расширять эфирную сетку за счёт новостного вещания, при этом доля их инвестиций в оригинальное производство составит менее трети от инвестиций каналов. Каналы, в свою очередь, будут по-прежнему нести всё регулятивное бремя, существовавшее до сих пор и даже возросшее, и вдобавок будут вынуждены конкурировать с платформами за рекламный рынок телевидения — при том что на их рекламу распространяются многочисленные ограничения.

Дискриминационные положения в переходный период не ограничиваются вышесказанным. По Законопроекту, Статья 13г Закона о распространении вещания посредством цифровых вещательных станций, 5772–2012 («חוק הפצת שידורים באמצעות תחנות שידור ספרתיות, התשע"ב-2012»), обязывающая каналы безвозмездно передавать права на линейное вещание OTT-платформам (по оценке Министерства связи — 85% рынка), продолжает действовать до 2029 года. При этом министр вправе продлить её указом до начала 2030 года (Статья 188(г) Законопроекта). То есть, как если бы роста доходов платформ и разрешения транслировать новости было недостаточно, каналы будут обязаны безвозмездно передавать им права на вещание ещё как минимум три года.

Также сохранится обязательство каналов безвозмездно передавать права на своё вещание платформам, работающим через традиционную инфраструктуру, — вплоть до дня публикации.

Иными словами, платформы будут продолжать получать права на вещание каналов безвозмездно на протяжении ряда лет — в то время как платформы уже с первого дня пользуются послаблениями.

Нет никакой логики в том, чтобы стартовые позиции каналов и платформ были различными, и положения Статьи 13г должны быть отменены немедленно.

Нельзя недооценивать важность переходных положений и положений о вступлении в силу: речь идёт о нескольких годах, в течение которых платформы способны существенно потеснить каналы.

На этом — применительно к переходным положениям и положениям о вступлении в силу. Перейдём теперь к постоянным положениям.

В Законопроекте установлен ряд механизмов, также предоставляющих платформам явное преимущество перед каналами. Так, Статья 56(б) Законопроекта предусматривает, что при исчислении доходов платформ вычитаются суммы, уплаченные коммерческим каналам за передачу их вещания. Как мы отмечали в Комитете, даже если правительство стремится избежать «двойного погружения» (Double Dip), нет оснований, чтобы одна сторона пользовалась вычетом, а другая несла инвестиционные расходы по тому же доходу.

В Статьях 74–75 Законопроекта имеется существенная дискриминация между платформами и каналами в части применения антимонопольных положений. Тогда как каналы обязаны передавать свой контент различным платформам на справедливых условиях без какой-либо дискриминации между ними, платформы не связаны аналогичными обязательствами, а регулятор не вправе вмешиваться в их сделки.

Статьи 74–75 наделяют новый Совет особенно широкими интервенционными полномочиями на свободном рынке — полномочиями, которых в настоящее время не существует и которые, по обзору Регуляторного органа, отсутствуют даже у аналогичных регуляторов в мире. Поэтому их асимметричное применение вызывает особенно тяжёлое ощущение — в особенности ввиду силы платформ.

Регулирование, возлагающее обязательства и ограничения на частных хозяйствующих субъектов, ущемляет их конституционное право на собственность. Этот ущерб в отношении каналов усугубляется: они лишаются активов, приобретённых с огромными затратами лишь в последние годы (лицензий, частот, эксклюзивных прав на новости и рекламу).

Ущемление конституционного права, как известно, должно происходить с соблюдением условий ограничительной оговорки Основного закона о человеческом достоинстве и свободе («חוק-יסוד: כבוד האדם וחירותו»). Однако когда ущемление осуществляется неравным образом по отношению к различным игрокам рынка, весьма сомнительно, можно ли считать его соразмерным. Почему мера, применяемая к одному, менее строга, чем применяемая к другому? Кроме того, в тесте соразмерности в узком смысле ущерб, причинённый каналам, усугубляется конкурентным преимуществом, предоставляемым конкурирующим структурам.

С учётом изложенного просим правительство действительно выровнять игровое поле и создать единые и равноправные положения для всех участников рынка — каналов и платформ в равной мере.

С уважением,

Нога Рубинштейн, адвокат / Асаф Гринбаум, адвокат

Копии: Адвокат Авиталь Сомпольнски, заместитель юридического советника правительства. Адвокат Пинхас Грот, адвокат Наама Менхами, адвокат Мацада Мацлауи — юридический отдел Комитета по связи.