Законопроект П/1178/25: Предложение закона о судебной системе религиозных судов (Арбитраж), 5786-2026

Позиция Гистадрута (Всеобщей новой федерации трудящихся) по законопроектам о юрисдикции религиозных судов (арбитраж), 5783–2023

8 декабря 2024

Кому: Член Кнессета Симха Ротман, Председатель Комиссии по Конституции, закону и правосудию Кнессета Члены Комиссии Член Кнессета Моше Гафни Член Кнессета Исраэль Айхлер Юридический советник Комиссии Секретариат Комиссии

---

Предмет: Законопроекты о юрисдикции религиозных судов (арбитраж), 5783–2023 — פ/1178/25 чл. Кн. Моше Гафни и др.; פ/1579/25 чл. Кн. Исраэль Айхлер

В преддверии заседания Комиссии по Конституции, назначенного на среду 11.12.2024, или любого перенесённого заседания, ниже представлена позиция Всеобщей новой федерации трудящихся (Гистадрут) по указанным законопроектам.

Речь идёт о законопроекте, предлагающем предоставить религиозному суду (определяемому как религиозный суд (раввинский), шариатский суд и друзский религиозный суд) право рассматривать гражданское дело, которое может быть предметом соглашения согласно любому закону, на условиях и с ограничениями, подробно изложенными в законопроекте.

Гистадрут настаивает на исключении всех норм трудового права и дисциплинарных процедур из предлагаемой юрисдикции.

Ниже подробно изложены основания возражения Гистадрута против включения данных вопросов в сферу предоставления юрисдикции религиозному суду, как предлагается в законопроекте:

Отсутствие согласия

1. Законопроект в первую очередь основывается на согласии сторон. Диспропорция в соотношении сил между работником и работодателем является структурной в системе трудовых отношений. Работодатель — сильная сторона, а работник — слабая. (Несмотря на попытки различных сторон представить иную картину, случаи, когда это не так, если таковые вообще имеются, находятся на незначительных задворках.) Это неизменно также позиция израильского законодателя. Отношение законодателя к согласию работника является весьма «подозрительным».

2. Отметим в этом контексте, что согласие может потребоваться не обязательно в момент возникновения спора, который может произойти и после завершения трудовых отношений, а ещё в их начале, при подписании трудового договора, когда слабость работника по сравнению с работодателем не подлежит сомнению. Также отметим, что спор может возникнуть в ходе трудовых отношений, и не всегда его инициатором является работник — им может быть и работодатель, и тогда слабость работника ещё более очевидна, как и его «согласие». Кроме того, давление на работника может проистекать из социального давления, окружения, внутри определённой общины.

3. «Согласие» полное и подлинное включает в себя понимание, полную готовность к совершению сделки и свободу принимать решение без давления, принуждения или угроз какого-либо рода. Поэтому оно может существовать только между двумя равными и уравновешенными силами. Поэтому, поскольку в трудовых отношениях невозможно вообще предположить существование согласия в данном смысле, из законопроекта изымается краеугольный камень, без которого он несостоятелен, и его нельзя применять к трудовым спорам.

4. Кроме того, религиозный суд изначально не создавался как арбитражный орган. Добавление юрисдикции может создать путаницу или заблуждение относительно процессуальных прав, которые порой являются существенными, — например, права на апелляцию, отмену арбитражного решения. Безусловно, напряжение между тем фактом, что речь идёт об арбитраже, с одной стороны, и о судебной инстанции — с другой, ещё более затрудняет восприятие согласия работника как осознанного и добровольного согласия, данного с полным пониманием последствий.

Уникальность трудового права¹

5. Согласно израильскому трудовому праву, работник не может отказаться от своих прав, установленных защитным трудовым законодательством, которые являются когентными (императивными правами, не допускающими договорных оговорок или отказа от них) (в силу закона, коллективного договора или распространительного указа) (такие права, как выходное пособие, оплата больничных, отпуск, оздоровительные выплаты, вопросы статуса — то есть является ли лицо наёмным работником или самозанятым, и т.п.), и они не могут быть предметом соглашения между сторонами трудовых отношений и, следовательно, не могут быть предметом соглашения о передаче арбитражных полномочий, как предлагается. Между тем, согласно предложению, работник не защищён даже от ущемления его когентных прав.

6. Бесспорно, что когентные права, не допускающие отказа, или вопросы, находящиеся в исключительной юрисдикции Суда по трудовым спорам и не могущие быть предметом арбитражного соглашения, не могут входить в предлагаемую арбитражную юрисдикцию. Однако трудовое право — это не только когентные права. Существуют нормы трудового законодательства или коллективных и иных договоров, предоставляющие защиту работнику или дополнительные льготы (сверх закона), которые не обязательно являются когентными, или в отношении которых нет уверенности, является ли данная норма или право когентным (не всегда разграничение является чётким и ясным), или права переплетены друг с другом. Согласно предложению, такие нормы будут включены в юрисдикцию религиозного суда и могут рассматриваться также на основании религиозного права, даже если оно противоречит правам работника или нарушает их.

7. Целый комплекс трудового законодательства и законодательства, относящегося к трудовым отношениям, а также обширной судебной практики в этих областях, целью которых является защита работников, может быть утрачен в рамках религиозного суда — например, права беременных женщин, законы о безопасности труда, права демобилизованных военнослужащих, труд молодёжи, права работников в чрезвычайных ситуациях, права работников кадровых агентств, предотвращение сексуальных домогательств и многое другое.

8. Аналогичным образом — и другие области трудового права, развившиеся в судебной практике, такие как право на забастовку и право на объединение в профсоюз, в отношении которых исключительная юрисдикция также принадлежит Суду по трудовым спорам, а равно и коллективные трудовые споры в целом.

9. Законопроект не подчиняет религиозный суд Основным законам, таким как Основной закон: Достоинство и свобода человека или Основной закон: Свобода занятий, которые обязывают сегодня каждый суд в Израиле толковать законы таким образом, чтобы не нарушать ценности, защищаемые Основными законами. Законопроект не учитывает развития судебной практики вследствие принятия Основных законов, которые придали конституционный статус основополагающим принципам равенства, достоинства, свободы, права собственности, свободы занятий.

Уникальность системы судов по трудовым спорам и конкуренция юрисдикций

10. Трудовое право вверено уникальной судебной системе, которая является его хранителем и в данной области обладает экспертизой. Суд по трудовым спорам действует также в соответствии со своими собственными правилами доказывания, отличающимися от правил доказывания в общем гражданском праве, а также уникальными процессуальными правилами.

11. Законопроект, если будет принят, создаст нежелательную ситуацию конкуренции юрисдикций, рассмотрения дел по вопросам, которые, при всём уважении, не относятся к компетенции религиозных судов и которые законодатель счёл необходимым выделить для судебной системы, специализирующейся в этой области, с вынесением противоречащих решений по одним и тем же вопросам.

12. Если трудовое право не будет исключено, неизбежно возникнут ситуации расщепления между вопросами, находящимися в арбитражной юрисдикции религиозного суда, и теми, что находятся вне её. Это неизбежно приведёт к нежелательным ситуациям — двойному установлению фактов с противоречивыми результатами между инстанциями и даже «провалу между стульями», когда в конечном счёте права работника не будут выяснены и реализованы, или будут выяснены, но нарушены.

13. Предоставление юрисдикции, как предлагается, фактически означает государственное одобрение параллельной судебной системы наряду с Судом по трудовым спорам — системы, не обладающей никакой компетенцией в данной области, — в то время как государство уже решило вверить юрисдикцию по рассмотрению трудовых дел исключительно судам по трудовым спорам. Это не только непрозрачная ситуация сама по себе, но и приведёт к множественным судебным разбирательствам по вопросам юрисдикции и, что наиболее серьёзно, может привести к серьёзному нарушению прав более слабой стороны, которая вовлечена в него не по своей воле и не с осознанного согласия, а также к ситуации, когда права работника не будут реализованы вовсе.

Дисциплинарное право

14. Кроме того, многие дополнительные права (и обязанности) работников имеют своим источником коллективные и иные договоры и соглашения, а также распространительные указы. Так, например, дисциплинарное право, распространяющееся на работника, может иметь своим источником закон, договор, распространительный указ, служебный устав. Целый обширный комплекс прав, в том числе достигнутых трудом многих лет, не будет обязывать религиозный суд.

15. Кроме того, дисциплинарное производство является квазиуголовным. Полномочие на его проведение принадлежит определённому органу, который установлен. Его нельзя обусловить, и оно не может быть предметом соглашения о юрисдикции.

16. Из сказанного следует, что существует правовое препятствие или, по меньшей мере, правовая сложность в отношении передачи юрисдикции по данным вопросам иному органу, нежели тот, который установлен правовым источником, регулирующим данную процедуру (будь то Закон о государственной службе (дисциплина), или служебный устав, или коллективные договоры, распространительные указы и т.п.). Поэтому необходимо прямо установить, что дисциплинарное право исключается из сферы действия предлагаемой юрисдикции.

Итог

17. Из изложенного следует, что существуют весомые основания, оправдывающие исключение трудовых споров, трудового права и дисциплинарных процедур из предлагаемой юрисдикции, в том числе: отсутствие полного свободного согласия в трудовых отношениях; когентные права, установленные трудовым законодательством, включая распространительные указы, не допускающие отказа и не могущие быть предметом соглашения о юрисдикции; права и процедуры в трудовых отношениях, установленные коллективными договорами или распространительными указами и иными актами, не допускающие отказа и которыми религиозный суд не будет обязан руководствоваться согласно предложению; трудовое законодательство, призванное защищать работников, которое не будет обязывать в рамках предоставления предлагаемой юрисдикции; Основные законы, закрепляющие конституционные ценности и нормы, которые не будут обязывать при предоставлении юрисдикции, как предлагается.

18. Поэтому, как указано в начале, позиция Гистадрута заключается в том, что из законопроекта и из юрисдикции религиозных судов необходимо позитивно, категорически и полностью исключить трудовое право, включая трудовые споры и нормы трудового права, дисциплинарные и иные процедуры между работником и работодателем, установленные законом и/или коллективными договорами и соглашениями, или трудовыми договорами. Из существующей формулировки следует, что вопросы, находящиеся в настоящее время в исключительной юрисдикции Суда по трудовым спорам, могут быть переданы на арбитраж религиозного суда.

19. Сказанное не умаляет возражения Гистадрута против законопроекта по любому иному основанию, даже если оно не изложено выше, и/или не является согласием и/или отказом какого-либо рода. Гистадрут сохраняет за собой право изменять и/или дополнять сказанное, если сочтёт это необходимым.

---

¹ См., например: Апелляция по трудовым делам (национальная) 22-09-49876 Б.С.Д. Упаковка 96 против Эфраима Эпштейна, опубл. в Нево (7.12.2022).